* * *
Господи, каков мой век?
Сколько мне еще осталось?
Встречу ли свою я старость?
Или я уже поблек?
Я песчинка пред Тобой,
Много меньше чем песчинка.
Суечусь я беспричинно
Над журчащею водой?
Для чего же, человече,
Собираешь блага ты?
Поглядел бы с высоты —
Чем ты душу обеспечил.
Господи, каков мой век?
Сколько мне еще осталось?
Силы скоро ли оставят?
Жизненный погаснет свет?
Этого не скажешь Ты,
Этого мне знать не надо,
Чтобы не поблекла радость,
Как на мраморе цветы.
ПРОГРЕССИРУЕМ ТИХОНЬКО
Да, теперь и не поверишь:
В деревнях прошедших лет,
Палку подставляли к двери,
Мол, хозяев дома нет.
Ежели хозяин дома,
Дети дома, слабый пол...
И знакомый, незнакомый
Заходи, садись за стол…
А сейчас «глазки», цепочки,
И замки - все от вражья;
И хозяин, между прочим,
Может жахнуть из ружья.
Защищен от глаз до холки,
С опасением прочно слит…
Прогрессирует тихонько
Современный индивид.
* * *
Бушует неуёмный ветер -
Как в гневе брошены слова:
Опять поломанные ветки,
Опять примятая трава.
Опять нахмуренные тучи
Земле грозящие дождем —
Плывут, как сказочные туши
Все в направлении одном.
В конце он все-таки притихнет
Прижатый властною рукой.
Так для чего даны нам вихри
Когда всему итог — покой?
ПОРТРЕТ
Пригласила королева
Живописца как-то раз,
И сказала королева:
«В живописи ты горазд.
Нарисуй меня в короне
Драгоценной, золотой,
Чтоб сидела я на троне,
Шкура тигра под пятой.
Нарисуешь превосходно –
Как вельможу награжу,
Плохо нарисуешь – помни,
Ни за что не пощажу».
И пустился живописец
Королеву рисовать,
Красотою не возвысил,
И морщин не стал скрывать;
Бородавку выше глаза
Посадил, какая есть,
Брови сажею намазал,
И в глазницы вставил жесть.
«Это что!?? – вскричала дама,
Оглядев лица овал. –
Для потехи и для срама
Ты меня намалевал?!
Кисти отобрать и краски!
В пламя вышвырнуть мазню!
Я тебя за эти глазки
В каменном мешке сгною!!!»
А один придворный всё же
Про себя оценку дал:
«Как похоже! Как похоже!!
Вот за то и пострадал».
* * *
Подъезд. Обшарпанные стены.
Кошачьей пахнет требухой.
И мусор словно плед расстелен.
Видочек, скажем, неплохой.
Площадки кто-то подметает,
Но, чистоты на полчаса,
И снова мусор щеголяет,
И влажной грязи полоса.
Прошла замурзанная леди
Немного выпучив живот…
И здесь, на этаже последнем,
Моя любимая живёт.
По этим лесенкам бесстрастным
Пройдут и прочие чины…
Так безобразное с прекрасным
Соседствовать обречены.
ЦАРЬ ПРИРОДЫ
Внушали долгие нам годы:
«Ты, человече, Цари природы!»
Вот и поцарствовали густо:
Гноили реки, как капусту.
И радиацию, и газ
Природа приняла от нас.
Про Антарктиду не забыли —
Дыру озонную пробили.
Деревья: елки и березки
Ушли в опил,
а часть на доски.
Крушили скалы силой тола...
Не улететь бы нам с престола.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : Стыд- - Eduard Schäfer Я не упоминал в страничке знакомства со мной, что моя христианская
жизнь была похожа на скалистые горы, где всё и прекрасные вершины и
смертоносные расселины.
Так получилось, что момент своего " обжигания " я не осознал, считая,
что это Бог меня оставил...
В общем, я оказался,как бы не было мне больно это писать, в тюрьме.
Мне дали 6-месяцев, из которых я отсидел, по милости Божией только
3 месяца. В момент моего заключения я всё осознал, понял все свои
ошибки, а самое главное я ещё крепче полюбил Бога.
У меня было много знакомств с заключёнными, я честно им рассказывал
о себе и моих отношениях с Богом,после этих бесед многие стали тянуться к Богу, к поиску истины...
Однажды, будучи уже долгое время на свободе, я поехал с братьями
отвозить одного гостя в другой город, в тот в котором я сидел, не
заметно для себя ,я оказался в районе , который прославился своей
преступностью. Мы вышли из машины, чтобы проводить брата до дома,
на какое-то время мы остановились и краем глаза на углу улицы, который
оказался "точкой" я увидел, парня с которым был в одной тюрьме,
он был "дилер". Он стоял, вид его был измучен, он смотрел в мою сторону, ища моего взгляда, видно, что он хотел со мной поговорить,
но я молча отвернулся, потом мы сели с братьями в машину...
Приехав домой я открыл Слово Божие, мне открылись вышестоящие места песания, я упал на колени долго рыдал и каялся.
Я был много раз в том городе, в том районе, но того человека я больше
не видел, и если бы Господь дал мне вновь с ним встречу, подойдя к нему, в первую очередь я бы сказал:" Прости меня, Гена..."
